Американская история преступлений

Символично, что в финале нас обратно перекидывают в июль 1997 к той самой сцене, с которой и началось всё повествование. Кьюненен смотрит ТВ-репортаж об убийстве Версаче, наблюдает за своими вертолётными поисками над Майами-Бич, понимая, что он наконец-то получил славу, которую хотел, его заметили. Окончательное понимание того, что всё кончено, приходит к нему, когда он видит новостные кадры со своим отцом. Всё, его последняя надежда не придёт за ним и не возьмёт на руки, у него больше ничего нет. Он опустошен. «Что, если всю жизнь в собственных мечтах ты особенный, но в это никто не верит?». И нас вновь отсылают к Модесто, именно он приложил свою руку к тому, кем вырос его сын. «Дело не в том, чтобы убедить людей, что ты сделаешь что-то великое, а в том, чтобы сделать это», — Версаче как бы опускает на землю Кьюненена. Этот диалог просто идеально вписался в финал истории. Пожалуй, это один из лучших моментов во всём сериале. Кьюненен снова один, свет на сцене темнеет, уже тогда этот разрушительный отказ стал выстрелом в него. Но дальше идёт очень красивое завершение истории. Вновь появляется знакомое нам произведение венецианского композитора Томазо Альбинони, которое прекрасно сочетается с общим тоном сериала. Донателла скорбит по любимому брату в его роскошной усыпальне, в это же время нам показывают скромную и безликую «могилу» Эндрю. Этакая метафора: да, его имя услышали, но он навсегда останется в тени Джанни Версаче. Но тут всё испортила очередная вставка с мебельным Антонио Д’Амико. К чем это было? Кем вообще была выдумана его попытка суицида? Нет никаких официальных свидетельств этого. Он жив-здоров. Так что, вероятно, весь сериал можно воспринимать как красивую, но трагичную сказку. Местами было очень затянуто, это не «Убийство Джанни Версаче», а «История жизни Эндрю Кьюненена», к слову, вполне интересная и достойная внимания.

Простите, но Сара Полсон богиня актерской игры.

Только порадовалась тому, что Финн Уиттрок появился, и вот на тебе.
Дэвид очень милый молодой человек, жаль, что он связался с Эндрю. Понравилась сцена, где он забежал в сарай, а там папа, хотя и сразу стало понятно, что его уже убили.
Эндрю очень жуткий, в некоторых сценах пытаюсь вообще не ассоциировать его с Дарреном. Очень уж натурально он играет.

Маршу безумно жаль было в этой серии
Про момент в супермаркете вообще молчу, бред полнейший

Походу Кардашьян полностью уверовал в виновность О.Джея.